Кинологическая служба в органах ОГПУ - НКВД СССР при охране периметра на правительственных объектах

Кельштайнхаус

Вы много читали или слышали о применении служебно-розыскных собак в органах ОГПУ – НКВД – МГБ? Вот такой, не совсем обычный вопрос я хочу задать читателю. Обычно люди старшего возраста, напрягая память, вспоминают о подвигах пограничника Н.Ф. Карацупы, который со своей собакой Индусом творил чудеса, задерживая нарушителей государственной границы. Однако, советские журналисты и писатели, извергая на неискушенного читателя водопады словесной шелухи, по какой-то причине забыли подробно рассказать почтеннейшей публике о методах и приёмах обучения собак в кинологической службе органов госбезопасности СССР. Забывчивость писателей и журналистов, щедро одаренных в СССР государственными премиями объяснялась очень просто – о методиках обучения служебно-розыскных собак в питомниках ОГПУ-НКВД-МГБ не сообщали из-за покрова тайны, окружавшего это действо. Тайна была достаточно «своеобразной» и не совсем приличной, чтобы о ней знали люди в СССР, готовящиеся жить в ближайшем будущем при коммунизме. В настоящее время главный секрет обучения собак в кинологических школах ОГПУ-НКВД-МГБ известен – это использование заключенных из ГУЛАГа в условиях постановки у собаки правильных рефлексов и действий при задержании и конвоировании потенциальных нарушителей (террористов, диверсантов). Думаю, что скептики сразу скажут, дескать, служебную собаку, нацеленную на использование охраны периметра или помещений, можно дрессировать и при помощи обычных сотрудников-кинологов, одетых в специальные защитные ватные костюмы. Собака будет бросаться на псевдонарушителя, упакованного в ватные толщины, трепать его за ноги и руки и тем самым получит необходимый курс дрессировки. На данный демарш всем заядлым скептикам я заявляю одно – служебная собака, нацеленная кинологической службой органов безопасности на контроль помещений или периметра, должна при комплексной дрессировке получить устойчивый навык настоящей бескомпромиссной схватки с человеком, который может ее убить при помощи, допустим, обычного ножа. Можно утверждать, что собаки в кинологической службе ОГПУ-НКВД-МГБ, прошедшие такой жестокий отбор при настоящем бое с заключенным, вооруженным палкой, штыком или сапёрной лопаткой, зачислялись в штат с краткой характеристикой ее основных показателей: сила, злостность, выносливость, подчинение командам, индифферентность к раздражающим внешним факторам (выстрелы, разрывы снарядов, крики, задымленность и т.д). В этой ситуации схватки заключенного из ГУЛАГа и служебной собаки из питомника ОГПУ-НКВД были жертвы с обеих сторон, но чаще просто травмы и ранения. Фактически – это были настоящие гладиаторские бои, где людей («врагов народа», «членов семей врагов народа», «подкулачников», «контриков» и т.д) из мест заключения использовали как одно из средств для дрессировки служебных собак. Сохранились ли документы об учреждении кинологической службы ОГПУ-НКВД, а также методах обучения и имеются ли они в свободном доступе? Сохранились, имеются в ЦА ФСБ РФ, но очень мало. Однако, ниже по тексту я постараюсь рассказать читателю о становлении кинологической службы органов безопасности, которая масштабно и успешно использовала служебных собак, в том числе для охраны периметра и помещений государственных дач.

Вольеры 20 ноября 1923 года, в соответствии с Приказом № 166/43 Председателя ОГПУ при СНК СССР Ф.Е. Дзержинского, были организованы Центральные курсы инструкторов собак пограничных войск. Примерно через год, 23 августа 1924 года, на основании Приказа Реввоенсовета РККА №1089, был учрежден Центральный опытный питомник военно-спортивных собак на станции Кусково, Горьковского направления МЖД (в дальнейшем данный объект стал воинской частью и был назван «Красная звезда»). В связи с тем, что я, к глубокому сожалению, не мог найти документ по организации и функционированию кинологической службы ОГПУ СССР, ниже привожу только копию Приказа №1089 РККА, который в некоторых общих чертах отражает цели и задачи по созданию структуры, отвечающей за обучение и использование служебных собак.

Приказ Реввоенсовета РККА №1089 о создании в г. Москве (ст. Кусково) Центрального опытного питомника военно-спортивных собак.

  1. 1. Управлению по боевой подготовке РККА организовать в Москве при высшей стрелково-тактической школе «Выстрел» Центральный учебно-опытный питомник-школу военных и спортивных собак для целей разведки, связи, сторожевой, санитарной службы и окарауливания военных складов в помощь сторожам.
  2. 2. Ввести в действие объявленные при сем штаты и положения о Центральном и окружных питомниках-школах военных и спортивных собак.
  3. 3. К организации Центрального питомника-школы приступить немедленно и закончить ее с таким расчетом, чтобы с первого ноября с.г. приступить к учебной работе. О времени организации окружных питомников-школ последует особое распоряжение.
  4. 4. По окончании теоретических и практических работ с собаками Управлению по боевой подготовке РККА в округах и армиях, командованию их составить особые комиссии для проверки степени подготовки собак и целесообразности дальнейшего обучения.

Приказ подписан заместителем Председателя РВС И.С. Уншлихтом 23.08.1924 г.

Штат №14/19 Центрального питомника-школы военных и спортивных собак (мирного времени) включал:

  1. 1. Командный состав – 17 человек
  2. 2. Рядовой состав – шесть человек
  3. 3. Курсантов – 12 человек
  4. 4. Обучаемых собак – 12 голов

Племенной питомник

  • Служебные собаки:
  • немецкая овчарка – шесть (по связи)
  • доберман – пинчер – четыре (розыскная)
  • эрдельтерьер – четыре (санитарная)
  • кавказская овчарка – четыре (караульная)
  • лайка – шесть (ездовая)
Личного состава – 35 человек
Собак – 44 головы

Специзгородь Центральные курсы инструкторов службы собак пограничных войск, позднее – с августа 1924 года стали называться Центральная школа командного состава служебного собаководства и питомник войск ОГПУ при СНК СССР. На курсах и, особенно в школе, в последующие пять лет были разработаны и апробированы научные методы разведения собак служебных пород, их содержания, сбережения, дрессировке и использования при охране государственной границы, во внутренних войсках, в системе Особых отделов (военная контрразведка) и Специальном отделении Оперода ОГПУ СССР. При школе успешно работала научная кинологическая лаборатория. Наличие хорошей учебной, научно-исследовательской базы и опытных специалистов – ученых и преподавателей позволило успешно подготавливать квалифицированных специалистов служебного собаководства среднего и старшего уровня и на научной основе разрабатывать новые, более эффективные методы разведения, дрессировки и использования собак служебных пород. В частности на базе школы были разработаны методика и техника дрессировки и использования служебных собак, получившие в нашей стране всеобщее признание и широкое применение. Составлены и изданы восемь книг по служебному собаководству, в том числе такие ценные пособия, как: Языков В.В. Военная собака, 1927; Курс теории дрессировки собак, 1928; Теория и техника дрессировки собак, 1932; Андреев Л.А. и др. Руководство по подготовке специалистов служебного собаководства, в двух частях, 1939.

Стоит заметить, что практически все методики дрессировки служебно-розыскных собак в системе ОГПУ-НКВД, были сформулированы, апробированы, проверены и приняты к использованию выдающимся советским учёным-кинологом Всеволодом Васильевичем Языковым на основе личных научных исследований, а также с использованием методического пособия «Руководство по дрессировке собак» (в данном труде много внимания уделялось тренингу немецкой овчарки по принятому в начале века стандарту Schutzhund), немецкого офицера, полковника Конрада Моста, которое вышло в 1910 году и считалось в то время исключительно адаптированным для нужду армии и органов безопасности. В.В. Языков, работая с марта 1918 г. начальником Петроградского питомника собак-ищеек уголовного розыска, внес тщательно проработанный проект во Всеросглавштаб РККА (предтеча Наркомата обороны РККА) об организации в армии служебного собаководства. В течение 4-х месяцев работал в штабе Петроградского и Главного штаба РККА над разработкой проекта организации и работы этой службы. Это послужило толчком для организации в 1923 году Центральных курсов инструкторов службы собак пограничных войск и с 1924 г. Центрального и окружных питомников-школ служебного собаководства в РККА. В 1921 году, В.В. Языков внес проект в Центральное управление уголовного розыска в Москве об организации Центрального и периферийных питомников-школ служебно-розыскных собак. С 1923 года по 1925 г. работал начальником этого питомника- школы после её организации в Москве.

В связи с тем, что РККА, ОГПУ с середины 20-х годов начали вести активное сотрудничество с рейхсвером и полицейскими службами Германии, руководством РВС и органов госбезопасности было предложено В.В. Языкову установить рабочее сотрудничество с ее ведущими кинологическими школами, а также с авторитетными дрессировщиками служебных собак. В.В. Языков, по собственному признанию, из всех возможных вариантов выбрал для дрессировки собак в СССР методику Конрада Моста. По его мнению К. Мост придерживался более прогрессивных взглядов по теории и практике дрессировки собак, чем другие немецкие дрессировщики, уделяя большее внимание обучению максимально приближенному к боевому столкновению в реальных условиях. Языков достаточно высоко ценил К.Моста как специалиста, о чем свидетельствует тот факт, что свою первую книгу по теории дрессировки и применению военных собак "Военная собака, " 1927 г., он посвятил именно ему. К началу работы В. В. Языкова по служебному собаководству в марте 1918 года кинологическая служба в РСФСР стране находилась в зачаточном состоянии. Не было квалифицированных специалистов-дрессировщиков, учебных пособий по собаководству и научно-обоснованной методики и техники дрессировки в системе органов внутренних дел, госбезопасности и армии. В стране сохранились несколько десятков полицейско-розыскных собак, а служебных собак пригодных для использования в армии и системе госбезопасности вовсе не осталось. В. В. Языков, не имея специального биологического образования, достиг выдающихся успехов в области служебного собаководства и намного опередил ученых-специалистов кинологов других стран. Остается лишь добавить, такая напряженная и плодотворная работа продолжалась им до увольнения в 1938 году.

Племенных собак, для кинологической службы РККА и ОГПУ, начиная с 1923 года, пришлось закупать за валюту в Германии. С преодолением больших трудностей: вновь оборудовались помещения питомника собак и учебные классы для курсантов школы, готовились учебные пособия, площадки для дрессировки собак и др. За короткий период питомник-школа служебно-розыскных собак превратился в кинологический центр уголовного розыска.

После организации в 1923 году Центральной школы начсостава служебного собаководства пограничных и внутренних войск ОГПУ СССР и в 1924 году Центральной школы служебного собаководства Красной Армии, В.В. Языков начал работать по совместительству преподавателем по дрессировке собак и обучению курсантов в этих школах, а затем и на курсах по подготовке в Москве специалистов служебного собаководства МСХ СССР, военизированной охраны МПС и собаководов-любителей. Есть все основания утверждать, что по уровню научных разработок и практических предложений по служебному собаководству В. В. Языков намного превзошел страны Европы и США в 20-40-е годы. Он намного опередил кинологов-современников , оставил после себя богатое научное наследство и сыграл выдающуюся роль в развитии отечественного служебного собаководства. В. В. Языков был уволен из пограничных войск (ГУПВО НКВД СССР) вв запас в 1938 г. по возрасту, в расцвете своих научных сил и таланта, когда ему было всего 42 года. В приказе НКВД СССР № 642 от 20. 03. 1938 года написано, что он уволен как бывший офицер, скрывший службу в полиции. В том же году был осужден на 8 лет и отбывал наказание в лагере на Колыме. Через 18 лет приказом НКВД СССР №1039 от 20. 09. 1956 года пункт приказа НКВД № 642 от 20. 03. 1938 года, касающийся увольнения В.В. Языкова был отменен, а в тексте приказа появилась запись, что он исключен из списка командно-начальствующего состава НКВД СССР по причине наступления смерти 10 июня 1941 года.

Что же новое внес В. В. Языков в теорию и практику служебного собаководства в органах ОГПУ-НКВД, в чем его, несомненно, выдающиеся заслуги и их значение для последующего развития собаководства в СССР?

Как я указывал выше В. В. Языков, на основе обобщения научно-практических методик зарубежных кинологов, в течение короткого времени разработал для РККА и ОГПУ-НКВД СССР научные методы и приемы дрессировки и применения служебных собак в различных условиях, которые в то время находились под грифом «секретно» (в дальнейшем, авторы Ф.С. Арасланов, А.А. Алексеев и В.И. Шигорин в 1987 году выпустили пособие для погранвойск КГБ СССР «Дрессировка служебных собак», основываясь на научно-практических работах В.В. Языкова). Например, термин и понятие ОКД – общий курс дрессировки собак, являющийся в настоящее время российской системой дрессировки служебных собак, призванный выработать у них определенные условные рефлексы, был разработан именно В.В. Языковым. В частности, для РККА (Разведывательное управление Генштаба НКО СССР) по методике В.В. Языкова, были апробированы и приняты к освоению в военных округах следующие методики:
- дрессировка служебной собаки по воинской профессии «собака-связист»;
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака – ЗКС» (защитно-караульная служба)
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака - подрывник»;
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака – носитель ОВ» (боевых отравляющих веществ);
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака-истребитель танков»;
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака минно-розыскной службы»;
- дрессировка служебной собаки по воинской специальности «собака – помощник снайпера»

Для нужд ОГПУ-НКВД СССР, В.В. Языков апробировал и освоил методики по следующим специальностям служебных собак:
- служебная собака конвойной службы;
- служебная собака-телохранитель;
- служебная собака МРС (минно-розыскной службы);
- служебная собака ЗКС (защитно-караульная служба);
- служебная собака розыскной службы для ГУКРМ (милиция) и ГУПВО (погранвойска);

Необходимо отметить, что в Центральной школе начсостава служебного собаководства ОГПУ-НКВД СССР, по методикам В.В. Языкова готовили инструкторов и непосредственно самих собак (в основном немецких овчарок) для:органов госбезопасности, в частности:
- Особых отделов ОГПУ-НКВД СССР;
- ГУПВО ОГПУ-НКВД СССР;
- Оперода ОГПУ-НКВД СССР (в дальнейшем ГУГБ НКВД СССР);
- ГУЛАГ ОГПУ-НКВД СССР.

Особое место в структурах госбезопасности 20-40-х годов, охраняющих руководителей партии и правительства (4-е Отделение Оперода ОГПУ СССР, в дальнейшем 1-й Отдел ГУГБ НКВД СССР), занимало кинологическое подразделение, подчиненное заместителю начальника Оперода (начальник Оперода НКВД СССР до 15 апреля 1937 года был К.В. Паукер) З.И. Воловичу, но стоящее на довольствии в АХО НКВД –НКГБ до марта 1946 года (в МГБ СССР кинологическое подразделение стояло на балансе и довольствии ХОЗу ГУО МГБ СССР). Примечательно, что именно при начальнике Оперода ОГПУ-НКВД СССР К.В. Паукере (кроме всего прочего, Паукер руководил подразделением охраны руководителей партии и государства в СССР, пользуясь особым доверием у И. В. Сталина) сформировалось правильное в тактическом и стратегическом понимании отношение к кинологической службе как к исключительно эффективному средству защиты периметра особо охраняемых объектов. Как руководитель, непосредственно отвечающий за безопасность высшего руководства страны, К.В. Паукер неоднократно имел продолжительные беседы с признанными специалистами кинологами В.В. Языковым и Л.А. Андреевым, пытаясь понять, как и на каких принципах построить защитно-караульную службу в 4-ом Отделении Оперода ОГПУ СССР.

забор Особый интерес у К.В. Паукера вызывал тренинг служебной собаки-телохранителя, ее возможности при задержании потенциальных террористов и диверсантов. Понятно, что все показательные выступления в Кусково инструкторов из Центральный школы начсостава служебного собаководства, для руководства ОГПУ СССР в 1931-1933 годах (присутствовали Г.Г. Ягода, К.В. Паукер, Я.С. Агранов), имели конечную цель – выработать единую концепцию применения служебных собак в системе госбезопасности СССР. В результате, К.В. Паукер, после многочисленных просмотров возможностей кинологической службы ОГПУ СССР, пришёл к ошибочному мнению (история, впрочем это доказала на примере применения собак в личной охране А.Гитлера и высшего руководства рейха) о приоритетном обучении и последующем использовании служебных собак в защитно-караульной службе (ЗКС) при 4-ом Отделении Оперода. Чрезвычайно перспективное направление – «собака-телохранитель», которое продвигали и на котором настаивали В.В. Языков и Л.А. Андреев, было снято К.В. Паукером с повестки дня и предано забвению как тупиковое. Руководство ОГПУ СССР решило, что трёхрубежная система охраны государственных дач, включающая в себя 3-5 метровые изгороди (например, на «Ближней даче» в Волынском), опутанные спиралью Бруно и имеющие КСП, должна дополняться немецкими и восточноевропейскими овчарками, обученными по короткой программе ЗКС. По этой причине, номенклатурные заборы с конца 20-х годов прошлого века, окружающие Дома отдыха ЦИК СССР, личные дачи членов Политбюро ЦК ВКП (б) и лично И.В. Сталина, кроме сотрудников Оперода ОГПУ-НКВД СССР, стали бдительно и бескомпромиссно оберегать служебные собаки из кинологического подразделения.

Изменилось применение служебных собак в системе органов госбезопасности СССР при охране государственных дач с конца 20-х годов по 1991 год? Как это ни странно, но изменилось крайне незначительно. В начальной стадии своей защитно-караульной службы служебные собаки, в период 20-40 –х годов выполняли крайне важную функцию – обнаружения на значительном расстоянии при помощи своего обоняния посторонних на внешней или на внутренней стороне охраняемого периметра. Служебные собаки широко использовались в СССР на строго охраняемых объектах РККА и НКВД по простой причине того, что технические средства охраны (ТСО), уже ставшие в США, Великобритании и Германии (об этом подробнее чуть ниже по тексту) привычным средством охранной сигнализации периметра и помещений), стали массово применяться только с 1964 года. До 1946 года, даже на самом тщательно охраняемом объекте в СССР – «Ближней даче» в Волынском, где в основном и жил И.В. Сталин также не было ТСО, но зато вдоль периметра круглосуточно и круглогодично бегали служебные собаки, дрессированные по системе ЗКС. Вот что пишет о данном применении служебных собак при охране периметра (главного номенклатурного забора в СССР) и устройстве многорубежной системы защиты госдачи «Ближняя» бывший сотрудник ГУО МГБ СССР В.Васильев.

«…Наверное, по сложности и изощрённости охраны её можно было бы сравнить только с «Вольфшанце» Гитлера (по моему личному мнению, В. Васильев себе плохо представлял охрану других резиденций А.Гитлера и упомянул «Вольфшанце» как первое, что пришло на ум – Автор). Единственную дорогу, которая вела на дачу, днем и ночью контролировали милицейские наряды. Публика эта была солидная, плечистая, все в звании капитанов и майоров, хотя погоны носили старшинские. Лес, окружавший дачу, был густо заплетён спиралями Бруно. Если человеку даже удалось бы через них пробраться, то я бы ему не позавидовал. На него набросились бы немецкие овчарки, бегавшие вдоль проволоки, натянутой между столбами. Следующая линия охраны состояла из фотоблоков, вывезенных из Германии. Идущие параллельно два луча надёжно перекрывали «границу». Стоило, скажем, зайцу проскочить через них, как на пульте у дежурного загоралась лампочка, указывавшая, в каком секторе находится «нарушитель». Дальше стоял пятиметровый забор из толстенных досок. В нём были сделаны окошки-амбразуры, у которых находились посты вооружённой охраны. Затем – второй забор, немного пониже. Между ними были размещены морские сигнальные прожекторы. Ну а около самого дома дежурила личная охрана – «девятка»…»

Как уже понял читатель, применение служебных собак при охране личной загородной резиденции Председателя Совета Министров И.В. Сталина с 1946 года было очень примитивным, но достаточно эффективным. В дальнейшем, после 1953 года, отношение КГБ СССР, и в частности в 9-ом Управлении к кинологической службе сильно изменилось в лучшую сторону, что, несомненно, произошло под влиянием прихода к власти Н.С. Хрущёва и новыми веяниями во внутренней и внешней политике. Предсовмина Н.С. Хрущёв не только стал снимать бывшие многочисленные госдачи И.В. Сталина с баланса Управления делами СМ СССР и 9-ого Управления КГБ, но и приказал изменить многорубежную систему охраны на этих объектах. Служебных собак вместе со столбами с натянутой проволокой, окружавшими дачу И.В. Сталина в Волынском, убрали уже летом 1953 года, резко понизив статус главного номенклатурного забора страны высотой в 5 метров (особенно долго ХОЗУ МВД СССР снимало в июне-августе 1953 года проржавевшую спираль Бруно в окружавшем «Ближнюю дачу» сосновом лесу, перекусывая саперными ножницами целые километры противопехотного заграждения, опутавшего и вросшего в стволы деревьев и кустарников. 13 марта 1954 года все функции 9-ого Управления перешли в созданный КГБ СССР). К сожалению, не каждый читатель может увидеть данную специзгородь ядовито зеленого цвета, до сей поры окружающую объект ФСО РФ «Волынское», в недалёком прошлом «Ближнюю дачу» И.В. Сталина, соседствующий воинской частью МЧС РФ и домами микрорайона Давыдково. Почти год назад состоялся очередной ремонт этого ограждения ФСО РФ, которое подновили и фрагментарно укрепили металлическим профнастилом. Весьма любопытным кажется факт постоянных экскурсий на бывшую дачу И.В. Сталина в Волынское-Давыдково сотрудников Администрации Президента РФ и членов их семей, где вежливые гиды с погонами рассказывают об истории строительства здания, обитании в его недрах вождя всех времен и народов, а также многорубежной системы охраны, в которую входил знаменитый зеленый номенклатурный забор высотой в 5 метров.

Специзгородь В своё время я неоднократно отдыхал в пансионате «У монастыря» (город Новый Афон, Республика Абхазия), который расположен на бывшей территории госдач №11 и 12 Управления делами ЦК КПСС. Там мне довелось встретиться с местным жителем Алхасом Папбой, который неоднократно, еще будучи сопливым мальчишкой, глубокой ночью перелезал со своими друзьями через бетонный забор спецобъекта 9-ого Управления КГБ СССР (госдачи №11 и 12 охранялись в/ч 1139 9-ого Управления КГБ СССР). Штурмовали мальчишки поздней осенью забор исключительно по причине острого желания своровать апельсинов и мандаринов и наесться ими до отвала. Каждый раз, при помощи срабатывания ёмкостного детектора ТСО периметра и одновременного обнаружения сорванцов служебными собаками, Алхаса без скидки на возраст, за шкирку тащили в комендатуру госдачи дюжие прапорщики, где вызывали милицию. Во всей этой непритязательной и вполне тривиальной истории меня заинтересовало то, как вели себя служебные собаки ЗКС на госдаче при обнаружении нарушителя режима, обученные в питомнике Закавказского пограничного округа. Немецкая овчарка, а их всего на госдаче по штату полагалось шесть особей, прыгала из темноты (беззвучно!!!!) на спину Алхасу Папбе и, повалив на землю, фиксировала свои зубы на его шее. Затем собака отходила на 2-3 метра в сторону и, контролируя каждое незначительное движение человека, подавала голос для обнаружения себя самой и задержанного ею нарушителя охраняемого периметра. Как уже понятно, собаки ЗКС, предназначенные для охраны государственных дач Управления делами ЦК КПСС были отменно обучены на проявление при задержании максимальной самостоятельности действий и причинения минимального вреда нарушителю в случае отсутствия сопротивления с его стороны. Собак спускал кинолог (по штату их полагалось два на каждую госдачу УД ЦК КПСС) по вечерам, прекрасно зная, что она имеет память обонятельную и зрительную память на всех обитателей охраняемого периметра. Служебные собаки самостоятельно перемещались в темноте вдоль всего охраняемого периметра (все емкостные детекторы были отрегулированы на появление в зоне их действия служебных собак и никогда не давали ложных сигналов тревоги) или находились под «грибком» вместе с сотрудником 9-ого Управления КГБ СССР, помогая ему и операторам ТСО (технических средств охраны) сидящим в здании комендатуры нести охрану вверенной им территории.

Добавить комментарий